Как следствие использования ссудного процента появился и еще один экономический феномен – технологический прогресс. Сегодня он настолько вошел «в плоть и кровь» современного человека, что мы уже не представляем себе жизни без него – хотя явление это достаточно молодое, ему примерно столько же лет, сколько концепции о достойности профессии банкира (ростовщика). … Технологический прогрес требует усиления разделения труда, а это, в свою очередь, расширения масштабов рынка подаж соответствующих товаров.

Однако мировая экономика продолжала развиваться и к концу третьей четверти ХХ века объемы рынков, необходимые для нормального развития самодостаточной экономики достигли величины порядка миллиарда человек… И стало понятно, что в мире (разумеется, при сохранении парадигмы мирового развития, иными словами, технологического прогресса, условии, как понятно сегодня, не такого уж тривиального) может остаться только одно независимое государство. Как это обычно и бывает в истории, однозначного ответа на вопрос о том, какое это будет государство, история не дала (хотя это утверждение и не понравится апологетам нынешних США).

… парадигма технологического прогресса себя исчерпала, достигла пределов своей возможности. И нам категорически необходимо искать новую.